Спектакль

Дата публикации: 27 Май 2016 Рубрика: Комната отдыха, Юмор. Автор: Лариса Лапинь

Кировоградский автор-фантаст Александр Кеслер, в соавторстве с Григорием Родственниковым, написали серию юмористических рассказов, которые разрешили размещать у меня в блоге. Многие из вас уже успели прочитать их опубликованные творческие работы – это «Везунчик» и «Модный писатель».

Сегодня вашему вниманию предлагается следующий юмористический рассказ уже известных вам авторов А.Кеслера и Г.Родственникова, который называется «Спектакль».

Прочтите его, и вы точно не пожалеете о использованном для этого времени.

мечтал быть режисером

Фома Репейников считал, что в нём умер режиссёр и драматург. Поэтому преподаватель литературы регулярно предпринимал реанимационные мероприятия, чтобы оживить обоих, но если не повезет, то хотя бы одного из упомянутых персонажей. То ли на самом деле талант рвался из глубин его мятежной души, а то ли это была навязчивая идея, сказать сложно.

Но, так или иначе, а Фома организовал при школе театральный кружок, где воплощал свои гениальные идеи и смелые замыслы в жизнь.

Он уже поставил ряд спектаклей. Не сказать, что они прошли с ошеломительным успехом, но своеобразная изюминка в каждом из них присутствовала. Это был современный вариант Колобка, в котором главный герой в финале вопреки логике и классической версии вышибал головой зубы Лисе. Объяснялось это тем, что в процессе своего путешествия Колобок повзрослел и зачерствел душой и телом. Вторым шедевром драматургии была постановка Курочки Рябой, где дед с бабкой отнесли золотое яйцо в банк, который вскоре лопнул, а Мышка с горя повесилась на собственном хвосте. Была ещё постановка классической сказки Репка, в которой героиня Мышь была трагически задушена, свалившейся на неё гурьбой персонажей. Таким образом, Фома стремился подготовить подростков к суровым реалиям жизни, которые подстерегали их за воротами храма науки.

И вот худрук школьного театра решил замахнуться на зарубежную классику и поставить Робинзона Крузо. Невозможно было предугадать, чем и как может закончиться эта история в постановке Репейникова.

Робинзон на острове

Для создания антуража тропического острова, Фома где-то раздобыл и притащил на премьеру живого попугая, собаку, чёрную кошку и змею. Да-да, именно змею. Она-то и стала главным персонажем этой истории.
Выпас на сцене живых зверюшек необходимо было согласовать с завучом – женщиной некрасивой и оттого строгой. Элеонора Петровна имела сто процентное зрение, но, тем не менее, носила очки в роговой оправе, что должно было придавать её облику солидность. К пятидесяти годам она слегка облысела и пользовалась париком с изящными завитушками.

Элеонора Петровна изящно поправила искусственную чёлку и преувеличенно строго поинтересовалась:

– Ну-с, господин режиссер, о каких животных идет речь?

– Вот они, голубчики! – Фома указал завучу на живность.

– Позвольте, – Элеонора Петровна приподняла очки, – но это же кошка… Довольно драная и уродливая. С помойки?

– Ну что вы, – сконфузился Репейников, – в нашем подвале поймал. Отзывается на Муську.

– Но причём здесь антураж необитаемого острова? – искренне удивилась женщина.

– Как причём? Гляньте, какая она черная! Мы поместим её на фикус, на заднем плане. Она будет изображать чёрную пантеру. В нужный момент на неё дадут свет и раздастся рычание леопарда, я его из интернета скачал.

– Дурдом, – покачала головой завуч, – а собака зачем? На необитаемых островах нет собак.

– Нет, – согласился Фома, – но если вы помните роман – Робинзон подобрал её на разбитом корабле.

– Вы меня с ума сведете, Репейников. Ещё кто в вашем зверинце?

– Попугай и змея.

– Ну, волнистый попугайчик это не плохо. А что за змея? Уж?

полоз желтобрюхий

– Нет, мне удалось добыть настоящую ядовитую змею. Вот она! – Фома указал пальцем на небольшой аквариум.

– Не понимаю, – нахмурилась завуч, – я никого не вижу.

– Как? – вздрогнул режиссёр и повернулся к аквариуму.

Тот был пуст.

– Я не понимаю, – пролепетал он, – кто-то сдвинул крышечку…

– Где змея? – прошипела Элеонора и Фоме показалось, что его сейчас укусят.

– Не знаю, – замогильным голосом ответил он. – Уползла.

– Да ты что, падла, – завуч мгновенно потеряла интеллигентность, – с ума спрыгнул, плесень?! У меня здесь детишек хренова тонна, а если твоя гюрза их покусает?!

– Это не гюрза, – попятился прочь Фома, – это другая. Я название забыл!

– Ты сейчас у меня собственное имя забудешь, хряк фанерный! – сжала кулаки Элеонора Петровна! – Искать, дубина! Даю полчаса! Не найдешь – я твои потные яички на сковородку кину! Ты меня понял, тамагочи недоделанный! Ну что стоишь, гадина! Иск-а-а-ть!

Репейников выкатился из подсобки и бросился вниз по лестнице. Сердце бешено кувыркалось в груди. Разумеется, подлого червяка с ядовитым языком нигде не было. И в каком неизвестном направлении он уполз никто не ведал. Может в канализационную трубу просочился, а может в вентиляционную, но по школьному коридору точно не проползал.

В виду непредвиденных обстоятельств, так внезапно внесших свои коррективы в реалии жизни, спектакль пришлось отменить. Но как изящно сие было сделано, следует отметить отдельно.

То ли Фома Репейников от расстройства нервов и избытка чувств взболтнул лишнее, а то ли любознательная конферансье – ученица пятого класса Галя Пулькина, случайно услышав подробности конфуза, которые не предназначались для её ушей, проявила инициативу и решила ничего не скрывать от собравшихся в зрительном зале? Но что случилось, то случилось. Галя вышла в центр сцены в ту самую минуту, когда должен был начаться спектакль и своим звонким, точно колокольчик голосочком, объявила:

– Дорогие наши гости – ученики школы и их родители (родителей собралось в зале больше, чем детей), с прискорбием вынуждена вам сообщить, что наш спектакль по техническим причинам отменяется.

не хватило белой кошки

По залу пронесся ропот недоумения и кто-то выкрикнул «почему?» Вот тут-то Галка и дала дрозда, как говорится.

– У нас змея сбежала! – сообщила зрителям Пулькина и, выдержав паузу, добавила строго, – ядовитая!

После этих слов в зале воцарилась минута молчания, да такая звонкая, что стало слышно, как моль грызет занавеску, служившую кулисой. А потом началось такое… такое… Одним словом – нехорошее.

переполох в школе

Зрители, ломая ноги, устремились прочь из зала. Кто-то крикнул «Караул»! Кто-то завопил «Пожар»! А несколько хулиганистых мальчишек, сунув пальцы в рот, заливисто засвистели.

– Стойте, граждане! – пыталась остановить гостей Элеонора Петровна. – Сохраняйте спокойствие!

Куда там, человеческая лавина захлестнула её, сбила с ног и понесла к выходу. В этом потоке завучу порвали юбку, лишили очков, туфель и самое ужасное, сорвали парик и закинули его на люстру.

Обесчещенная и обезображенная женщина пришла в себя в пожарной машине. Старший наряда смотрел на неё строго и спрашивал:

– Давно горит? Что стало причиной возгорания?

Но завуч лишь всхлипывала и ощупывала гладкую и мокрую лысину.

– Все ясно, – вздохнул пожарный, – дыму наглоталась, надо «скорую» вызывать.

Возмутитель спокойствия, Фома Репейников, пришел в себя в объятиях крепких полицейских. Те профессионально завернули ему локти за спину и по горячим следам приступили к допросу:

– Где труп?! Сознавайся, гнида!

– В чем? – взвизгнул режиссер.

– В преступлении, мать твою! Куда дел?

– Кого?

– Не придуривайся мне тут. Сам знаешь кого.

– Я не виноват, – захныкал Фома, – я положил её в коробку…

– В какую коробку, злодей?! Ты расчленил труп, да?! Да это практически чистосердечное признание, ребята. Грузите клиента в машину, – деловито сказал старший группы, – а я пока свидетелей опрошу.

ложный вызов

Репейникова потащили вниз и усадили в полицейскую машину.

– За что?! – орал Фома, упираясь.

– Да не кипушуй ты, убивец, – подмигнул ему совсем по-дружески сержант. – Не ты первый, не ты последний. Посидишь до утра в обезьяннике, а утром следователю всё как было расскажешь, а лучше – напишешь.

Так вот плачевно и закончилась карьера Фомы Репейникова, как худрука школьного театра. Но жизнь полна сюрпризов и неожиданностей. И одной из них стала забрезжившая перспектива возглавить тюремную самодеятельность.

Дело в том, что одним из зрителей несостоявшегося спектакля о Робинзоне был папа Васи Пендюкова – депутат районного совета Вениамин Сергеевич Пендюков – личность широко известная в узких кругах с непомерной манией величия. Вот эта самая мания и привела депутата в райотдел полиции, куда увезли Фому, где он и написал заявление, что гражданин Репейников посредством ядовитой гадюки покушался на его драгоценную жизнь.

Всю эту историю слово в слово Фома Репейников лично, рассказал мне в камере СИЗО, где я с ним и познакомился. Всегда говорил, что в жизни такие фенечки происходят, что ни один фантаст не в жизнь не придумает.

Да совсем забыл сказать: змея оказалась вовсе не ядовитая. Называлась она Желтобрюхий полоз, или проще: Желтобрюшка. Но кого это теперь интересует?

тюрма
Оцените статью 1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (4 голосов, средний балл: 5,00 из 5)
Загрузка...

Ваш комментарий

Внимание: Комментарии модерируются, и это может вызвать задержку их публикации. Отправлять комментарий заново не требуется.