Модный писатель

Дата публикации: 08 Май 2016 Рубрика: Юмор. Автор: Лариса Лапинь

Доброго времени суток, мои дорогие читатели!

На страницах блога уже публиковался материал кировоградского фантаста Александра Кеслера, написанные в соавторстве с Григорием Родственниковым. Рассказ назывался «Везунчик». Около сотни человек прочитали его. Были и доброжелательные отзывы об этой работе авторов.

Сегодня предлагаю вашему вниманию их новый юмористический рассказ.

модный писатель

Мундуков светился, словно новенький фингал. Никогда Водопьянов не видел его в таком приподнятом настроении. Глаза горят как факелы, волосы встали дыбом, из носа течет ручеёк.

– Что с тобой, Веня? – осторожно спросил Водопьянов, – ты лишился невинности?

– Лучше! – воскликнул Мундуков, – я понял, как надо писать!

– Левой рукой и по-французски? – попытался пошутить Водопьянов.

– Чушь! – отмахнулся Мундуков, – я сегодня был на сайте фантастика рф и я всё понял!

– Всё?

– Я понял, как нужно писать, чтобы тебя читали!

– Меня?

– Да не тебя, а меня! Вообще, чтобы читали!

– Ну, наверное, надо просто хорошо писать.

– Фигня! Я открыл секрет! Нужно писать шокирующе!

– Как это?

– Да просто. Надо писать такое, что вызовет у читателя бурную… бурную…

– Эрекцию! – подсказал Водопьянов.

– Нет, но слово похоже! Реакцию! Именно реакцию! Он прочтет, разинет варежку и не сможет остановиться, пока не зачтет всё!

– И ты способен такое написать?

жуткий клоун

Мундуков самодовольно рассмеялся. Выхватил из принтера листок и громко, с выражением прочёл:

– Я подцепил младенца на вилы и метнул его тушку в костер. Потом я начал душить котят и относить их трупики на рынок, где выдавал их за горностаев. Когда мне это надоело, я убил короля и устроил гражданскую войну. Так я встретил своё четырехлетие.

Мундуков торжествующе подмигнул:

– А теперь скажи, Евстахий, разве это не шедевр?

На какое-то мгновение Водопьянов лишился не только подвижности, но и дара речи, но лишь на мгновение. А затем щёлкнул отвисшей челюстью, чуть не прикусив язык, вздрогнул от испуга за судьбу языка и загробным голосом произнёс:

– Не то слово – шедевр. Это бомба, Веня. Нет! Это новое слово в литературе и, поверь мне, тебя ожидает признание и успех. Но как это всё, черт побери, на тебя похоже, малыш.

Мундуков засиял ещё ярче, а Водопьянов продолжил восторгаться:

– Я давно подозревал, что ты самородок и у тебя недюжинный талант. Вероятно, нелегкая судьба и трудное детство отложили свой неизгладимый отпечаток. Но так оно и должно быть – автор обязан пройти сквозь горнило тягот и лишений, чтобы ему поверили читатели.

Казалось, что Вениамин сейчас лопнет от гордости. Водопьянов, наверное, тоже это понял и, вероятно, опасаясь за судьбу друга, решил слегка его охладить:

– Так понимаю, что писал с себя. Хотя, признаться, не ожидал, что в столь субтильном возрасте ты был уже таким кровожадным ублюдком. А позволь уточнить: ты грохнул короля котов или горностаев?

– Зависть – плохое чувство, Евстахий, – обижено буркнул Мундуков, помрачнев, когда сообразил, что над ним прикалываются, – не ожидал, что мой успех тебя расстроит, и ты станешь лицемерить вместо того, чтобы порадоваться за друга.

– Ты сам-то понял, что сказал? Какое лицемерие, Веня? Я искренен с тобой, как ни с кем и никогда.

– Ладно, Евстахий, – махнул рукой пахарь литературной нивы, истолковав его критику по своему, – не нравиться тебе мистика, есть у меня и научная фантастика. Вот послушай начало:

конец света

«Планета в иллюминаторе искрилась и переливалась всеми цветами радуги. Зрелище было необычным и выглядело настолько завораживающим, что экипаж, глядя на это великолепие, синхронно обмочился от восторга. Суровые покорители космоса за много лет полета не позволяли эмоциям взять верх над разумом, они умело скрывали сокровенные чувства даже от самих себя, но сдержать их в эту минуту не смогли. Ведь ничто человеческое им было не чуждо.

Они ещё не подозревали, какие сюрпризы и испытания подстерегают их впереди – после выхода на поверхность этой коварной планеты, пленяющей своей обманчивой красотой».

Даже страшно подумать, как их будут пожирать инопланетные монстры, а последний оставшийся в живых из экипажа, когда у него закончатся заряды в бластере, от отчаяния швырнет в них шоколадкой и инопланетяне выберут его своим правителем.– Вениамин замолчал, сам очарованный финалом.

– Шоколадкой? – удивился Водопьянов, – но почему шоколадкой?

– Потому что это неожиданно. Это странно, это сюрреалистично, это ново! Это шокирует читателя! Если бы он швырнул бесполезный бластер, или нож – читатель не удивился бы. Потому что это естественное поведение человека. А тут шоколадка! Круто, правда?

Водопьянов сделал над собой усилие, чтобы не рассмеяться, для этого он даже больно ущипнул себя за мясистую ляжку и предложил:

– Можно ещё усилить впечатление. Замени шоколадку на чупа-чупс. Представляешь, дикари уже нацелили на землянина свои копья и вдруг он вынимает из штанов карамель на палочке и начинает сосать, сосать, сосать…

– Чёрт! – восхитился Мундуков, – вот это поворот! Как мне самому не пришло в голову!

– Дарю! – щедро выпятил губу Водопьянов.

– Спасибо, друг! – с жаром воскликнул Мундуков.

– Только, это вот… – снова оживился Водопьянов. – С фантастичностью-то всё как бы вроде ясно, но научность-то где и в чём?

– Так у них там скафандры оборудованы автономной системой очистки и дистилляции – замкнутый безотходный цикл, так сказать.

– Маловато будет для научной фантастики. Надо бы туда что-нибудь глобальное впихнуть…

глобальные разрушения

– Опять завидуешь? Ну, не знаю, могу туда ещё про гибель земной цивилизации тиснуть – для большей научности. Хотя, какая сейчас может быть, нахрен, научность. Вон, чёрные дыры какую-то непонятную хрень из себя выплевывают, а по науке – они должны эту хрень в себя всасывать. Так, что это всё, брат, такая условность.

– Ну, это, да. Только если ты в пророки метишь, то без глобального описания никак не прокатит.

Мундуков задумался на минуту, а потом, хлопнув себя ладошкой по лбу, радостно крикнул:

– Он вернётся на Землю, а тут глобальная катастрофа и все вымерли. А природа начала новый эволюционный виток и обезьяны по новой погнали очеловечиваться…

– Ты Пьера Буля в детстве не читал? – прервал его Водопьянов.

– А это кто?

– Ладно, проехали.

– Опередили? – догадался Веня, но все же с затаенной надеждой, что ошибается, уточнил.

Евстахий изобразил скорбь на лице и обреченно кивнул.

– Тогда устрою здесь ядерную войну, – с гордым видом новатора и первопроходца предложил Мундуков.

Водопьянов снова покачал головой с тем же выражением трагизма на лице.

– Вот, блин, все мои идеи потырили, суки, – процедил Веня сквозь зубы.

И вдруг неожиданно сорвался с места, как ужаленный и помчался, вероятно, воплощать свои грандиозные замыслы в жизнь, пока его снова не опередили, со словами: «Придумал! Убью американского президента и построю на Земле коммунизм».

– Вот мудак, – произнес Водопьянов, глядя ему в след. – Чему их только в школе учат…

Пегас - крылатый конь
Оцените статью 1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (4 голосов, средний балл: 5,00 из 5)
Загрузка...

Комментариев: 2

Юрий пишет 08 Май 2016 в 2:49 пп

Смешной рассказ! Браво соавторам!

Александр пишет 08 Май 2016 в 2:54 пп

И снова иллюстрации к рассказу выше всяких похвал. Спасибо Вам, Лариса, и за иллюстрации, и за публикацию.
Мы, конечно, и сами писатели-любители, но случается, что встречаются среди нашей братии и персонажи похожие на героя этой истории… )))

Ваш комментарий

Внимание: Комментарии модерируются, и это может вызвать задержку их публикации. Отправлять комментарий заново не требуется.